March 18th, 2015

31.07.2014

Шедевр. Предупреждаю - кто скажет - баян - забаню.

Помните Бубу Касторского? «Буба из Одессы»? Легендарный Борис Сичкин...

Борис Сичкин

Мы смеёмся, чтобы не сойти с ума

Меня часто спрашивают, почему я, будучи популярным артистом, который хорошо зарабатывал, имел прекрасную трехкомнатную квартиру в центре Москвы, машину, дачу и пр., уехал?

В 1971 году меня по сфабрикованному обвинению посадили в Тамбовскую тюрьму. Впоследствии меня оправдали, дело было закрыто, работники прокуратуры наказаны, но до этого я просидел год и две недели в тюрьме, сыну в этой связи не дали поступить в Московскую консерваторию, в течение 2-х лет, пока длилось доследование, мне не давали работать, мое имя вырезали из титров фильма "Неисправимый лгун", в фильме "Повар и певица" меня озвучили другим актером и т.д. Короче, я понял, что страна игривая, в ней с тобой могут сделать все, что угодно, а особенно, учитывая, что у сына Емельяна — в меня — язык до щиколотки, который, как известно, доведет если не до Киева, то уж до тюрьмы точно, я решил удалиться от гнутой страны на максимально возможное расстояние. К счастью, после подачи заявления, если у меня и были какие-то сомнения по поводу принятого решения, то до боли родные, вездесущие подлость и хамство быстро их развеяли.

Мать моей жены с нами не уезжала, и, естественно, ее надо было обеспечить жилплощадью. Она была прописана с нами, но, поскольку оставаться одной в 3-х комнатной квартире ей бы не разрешили, я договорился на обмен — 2-х комнатная квартира с доплатой. Этот обмен должен был быть одобрен на собрании правления кооператива, членом которого я состоял. Первым взял слово Николай Рыкунин (возможно, некоторые помнят, был такой эстрадный «дуэт Шуров и Рыкунин). Он долго говорил о Родине, о неустанной заботе о каждом из нас партии и правительства, о совершенстве социалистического строя, о том, что покинуть такую Родину и такой строй может только человек неблагодарный, у которого отсутствует совесть и т.д. Кстати сказать, Рыкунин с пеной у рта, задыхаясь от ненависти к Советской власти, рассказывал мне, что его отец до революции был помещиком под Москвой, добрым, гуманным человеком, заботившемся о крестьянах, далеким от политики. Большевики его, естественно, расстреляли, а жену с грудным младенцем выслали в Сибирь, где она была вынуждена просить милостыню, чтобы не дать умереть маленькому Коле Рыкунину.

Выслушав речь Рыкунина, я мягко попытался объяснить, что речь идет не о неблагодарном Сичкине, а о благодарной теще, которая не покидает Родину и имеет право на жилплощадь. Из первого ряда встал похожий на отца Врубелевского Демона концертмейстер Большого Театра Гуревич. (Худая фигура, изогнутая вопросительным знаком, крошечные злобные глазки и змеиные губы придавали ему особый шарм).

— Я не желаю присутствовать на концерте Сичкина! — выкрикнул он.

— Запретите ему говорить! Я, как патриот, не желаю выслушивать речи отщепенца и предателя Родины?

— Не надо так волноваться, патриот Гуревич, — обратился я к нему. — Кстати, какие погоды были в Ташкенте в начале войны?

Гуревич:

— Пошли вы на хуй.

— Я не могу никуда пойти — идет собрание.

— Вы против моей тещи, потому, что она русская?

Гуревич онемел.

— Да, а во время войны какие погоды были в Ташкенте?

— Сичкин, идите к ебеней матери!

— Я же уже вам сказал: я никуда не могу пойти, пока не кончится собрание. Всем известно, что громче всех кричит "держи вора!" сам вор, но работники наших органов люди умные и опытные, им ничего не стоит определить, кто патриот, а кто враг. Судя по вашему фальшивому пафосу, вы, видимо, очень виноваты перед Советской Властью, но успокойтесь: советский суд — самый гуманный суд в мире, и чистосердечное признание, безусловно, смягчит вашу вину. О, совсем забыл, а в конце войны какие погоды были в Ташкенте? — закончил я под хохот собравшихся.

Больше всех суетился композитор Марк Фрадкин. В отличие от Рыкунина, который выступал, так сказать, бескорыстно, просто желая подчеркнуть свои патриотизм и лояльность, Фрадкин имел конкретные виды на мою квартиру и развернул активную деятельность еще до собрания: он обрабатывал членов правления, запугивая их тем, как может быть расценена помощь врагу народа, с именем КГБ на устах ходил по квартирам, собирал подписи жильцов против моего обмена, короче, делал все, что было в его силах, чтобы помешать.

С Фрадкиным во время войны мы долгое время были в одной части, где он заслужил звание "самый жадный еврей средней полосы России". Впрочем, я думаю, это было явным преуменьшением, и он вполне был достоин выхода на всесоюзный, если не на международный уровень. Плюшкин по сравнению с ним был мотом. Покойный Ян Френкель, талантливый композитор и очаровательный человек, рассказывал мне, что Фрадкин постоянно уговаривал его зайти в гости, посидеть за рюмкой у его уникального бара. Один раз, когда они были около дома Фрадкина, тот его наконец зазвал, но при этом сказал:

— Ян, в баре все есть, но чтобы его не разрушать, а это произведение искусства — ты сам убедишься, купи бутылочку водки. Закуски навалом, но на всякий случай купи колбаски, если хочешь, сыра, ну, рыбки какой-нибудь и возьми батон хлеба.

В результате они сели у бара, выпили водку Френкеля, закусили его продуктами, а Фрадкин даже чая не предложил.

В свое время Фрадкин мечтал попасть к нам в кооператив по причине хорошего района и того, что он был дешевле других кооперативов, но собрание было категорически против, мотивируя это тем, что Фрадкин не артист эстрады, богат и может купить квартиру в любом другом кооперативе. Я в то время был членом правления, со мной считались, и, когда жена Фрадкина со слезами на глазах умоляла меня помочь им, я, по своей мягкотелости, не смог отказать и уговорил правление проголосовать за Фрадкина. Позже история повторилась с их дочерью, Женей, которая тоже хотела жить в нашем кооперативе. Оба раза члены правления говорили, что они голосовали не за Фрадкина, а за меня.

Возвращаясь к нашему собранию, Фрадкин его закончил, коротко и по-деловому резюмировав:

— Товарищи, нам надо решить вопрос об обмене Сичкина, в связи с тем, что он бросает нашу Родину, плюет на все то, что сделала для него эта страна и хочет выгодно переметнуться на Запад. Нас он просит в этом ему помочь. Давайте голосовать.

Почти все русские, включая членов партии, проголосовали за меня, а все евреи, которых было большинство, против. В результате тещу выгнали из квартиры, а я получил огромное моральное удовлетворение — еду правильно.

Как я выяснил, в ОВИРе существовало негласное правило пять раз не принимать анкеты под предлогом того, что они, якобы, неправильно заполнены. Поэтому я пришел в ОВИР и сам сказал, что, чувствую, анкеты неправильно заполнены; лучше будет, если я их перепишу и приду завтра. Служащая ОВИРа улыбалась, кивала, и так пять раз. На шестой день у меня приняли документы, и после всех положенных дальнейших мытарств, 23 мая 1979 года мы прибыли в аэропорт "Шереметьево", откуда должны были вылететь в Вену. По дороге в аэропорт мы проехали мимо огромного плаката с изображением Ленина в кепке, с прищуренными глазами и поднятой в приветствии рукой, который гласил: "Верным путем идете, товарищи!", а в самом "Шереметьево" нас встретил транспарант: "Отчизну я славлю, которая есть, но трижды, которая будет!"

Рейс на Вену все время откладывался — то в связи с вылетом комсомольской делегации в Индию, то профсоюзной делегации в Мексику, то партийной делегации в Китай. Я услышал, как один еврей сказал другому:

— Слушай, если они все уезжают, давай останемся.

На таможне меня попросили открыть чемоданы, все переворошили и не разрешили вывезти две подушки и несколько простыней по 2 р. 40 коп. Чемоданы мне укладывал мой сосед Саша Гагкаев, обаятельный человек с огромным чувством юмора, который сидел в отказе из-за сходства фамилий с каким-то Какаевым, к которому родители имели материальные претензии. Когда Сашино дело, наконец, попало наверх к генералу ОВИРа, и тому объяснили, что это ошибка, генерал флегматично произнес "Какая разница, кто в отказе", — и Саша застрял в Союзе. В конце концов, оригинальный Какаев, вероятно, расплатился с родителями, и Саша, талантливый архитектор, сейчас с семьей живет в Израиле. Воспроизвести Сашину ювелирную упаковку не удавалось, в чемодан входило не более половины содержимого. Я выбросил два одеяла, подушку, но все равно огромное количество барахла свешивалось по краям. Тогда я плюнул, кое как закрыл чемодан, взял ножницы и отрезал все, что торчало. Как позже выяснил, в том числе я отрезал рукав от костюма и манжеты двух рубашек.

Как и все остальные, мы не сомневались, что нас встретят по-праздничному и соответственно оделись: костюмы, галстуки, а жена в длинном платье. В Вене стоял один еврей с лицом дамского портного из Конотопа, в задрипанных штанах и коротенькой рубашонке, которая ему, вероятно, досталась в наследство от дедушки, заведующего магазином "Утильсырье". Он вяло на нас посмотрел и сказал с заблатненным еврейским акцентом:

— Кто в Израиль, встаньте направо, кто в Америку — налево. В Израиль направлялись две дряхленькие старушки, которые по возрасту могли присутствовать при закладке московского Кремля, а все рыцари, джигиты, жлобы, которые одним своим видом могли украсить израильскую армию, направлялись в Америку на вэлфер.

— Хорошо, — сказал портной, обращаясь к старушкам.

— Мы сейчас с вами под усиленной охраной поедем в специально укрепленный особняк, а за этими придет автобус и отвезет их в гостиницу.

На вопрос кого-то из нашей группы, почему нет охраны для тех, кто едет в Америку, он отмахнулся: "Кому вы на хуй нужны!" — и все успокоились, почувствовав себя в безопасности.

Возле гостиницы, а вернее, общежития, куда нас действительно привез автобус, нас встретил второй "дипломатический представитель", ярко выраженный жлоб, который заявил:

— Я беру вашу водку, икру и шампанское. Не бегайте по ресторанам — больше вы нигде не получите. И не тяните кота за яйца, устроитесь потом, а сейчас выкладывайте товар.

У меня появилось ощущение, что я не выходил из тамбовской тюрьмы. И этим персонажам кунсткамеры предоставили первую связь с иммигрантами! Я решил разрешенную вывезти водку, шампанское и икру не продавать, а устроить праздник освобождения. И врезали!

Вена красивый ухоженный город, тротуары моют с мылом, чем-то, как в хорошей больнице и тихо, как на кладбище. Люди никуда не торопятся, не нервничают, на лице тихое блаженство, машины не гудят, пешеход может остановиться посередине улицы и читать книгу, и все водители будут спокойно ждать, пока он не дочитает до конца. Такое впечатление, австрийцы (венцы) умерли и попали в рай — никакой жизни, никаких эмоций. Если они так себя ведут и в постели, их половой акт может длиться вечность.

Первое, что я сделал в Вене, это отправил вызов Фрадкину и в придачу к нему письмо следующего содержания:

"Дорогой Марик!

Все в порядке, вся наша мишпуха уже в Вене, все удалось провезти и твое тоже. Как ты правильно сказал, таможенники такие же тупые, как вся вонючая советская власть и бигуди осмотреть не догадаются. Так и вышло, только у Симы очень болит шея, все-таки каждый весил три кило. Пусть Рая до отъезда тренирует шею, у тебя шея, конечно, покрепче, но ты ж в бигудях не поедешь. Как нам сказали, в Америке иконы сейчас идут слабо, а ты знаешь, израильтяне из голландского посольства совсем обнаглели и хотят за провоз 20 процентов.

Марк, вот прошло, казалось бы, всего несколько дней, а мы уже очень соскучились. Все со слезами на глазах вспоминают твое последнее напутствие: "Я рад и счастлив за вас, что вы покидаете эту омерзительную страну, кошмарное наследие двух мерзких карликов: картавого сифилитика Ленина и рябого параноика Сталина. Дай вам Бог!" А как мы смеялись на проводах, когда ты сказал, что был и остаешься убежденным сионистом, а все твои якобы русские песни на самом деле основаны на еврейском фольклоре, сел за рояль, начал их одним пальцем наигрывать и объяснять, из какого синагогиального кадиша они взяты... Короче, ждем тебя и Раю с нетерпением, дай Бог, уже скоро.

Крепко обнимаем, целуем Арон, Пиля, Сима, Двойра и Ревекка".

Как мне впоследствии сообщил конферансье Борис Брунов, Фрадкин тут же побежал в КГБ и начал клясться, что у него нет икон и валюты, и он никуда не собирается ехать. Там (еще раз) прочитали письмо и, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, посоветовали успокоиться, его никто ни в чем не обвиняет, многие получают вызовы, но если он не и собирается уезжать, ему не о чем волноваться. Фрадкин, тем не менее, был в панике, жена Рая на нервной почве начала курить.

Забегая вперед, второй вызов и письмо, но уже на адрес домоуправления "для Фрадкина" и якобы от другого лица я послал из Италии и третье, на адрес Союза Композиторов РСФСР Родиону Щедрину для Фрадкина из Нью-Йорка.

Второе письмо:

"Привет, Марик!

Сразу по делу: твою капусту и рыжье получил, но с летчиками больше в долю не падай — они засветились. Канай в Севастополь, свяжись с кентами и попробуй зафузить моряков атомных подводных лодок. Как договаривались, я откусил три косых, остальное твое, тебя ждет. Антиквар превращай в зелень, его не втырить и могут закнокать. Вообще, ходи на цирлах, подальше от катрана, шныров и козырных — тебе сейчас самое время лепить темнуху. Учти, телефон прослушивается — ботай по фене. Слыхал парашу, как ты вертухаям туфту впаривал — все правильно, пока не откинешься, хиляй за патриота. Вся маза тебя ждет, на любой малине будешь первым человеком, братва мечтает послушать в твоем исполнении песни Шаинского. Поменьше пей и чифири, а то, что Рая шмалит дурь, не страшно — главное, чтоб не села на иглу. Бывай, до встречи. Валера".

Фрадкин потерял сон, не помогали сильнейшие снотворные, снова побежал в КГБ, потом в домоуправление, ходил по квартирам, бился в судорогах и кричал, что он не имеет к этому никакого отношения, а все это провокации Сичкина. Рая курила одну за одной и дошла до 4-х пачек в день. В КГБ хохотали до слез и с нетерпением ожидали следующего письма и очередного визита идиота.

Письмо третье:

"Здравствуй, дорогой Марк! Прости, что так долго не писали, но сначала хотели получить товар, чтобы ты был спокоен. Слава Богу, все окей, все контейнеры прибыли, с аргентинцами расчитались, так что ты уже в порядке: даже за один контейнер Рая спокойно может открыть массажный салон, а блядей среди иммигрантов навалом. Вообще, если ты сможешь переправить хотя бы 25 процентов своего состояния, то до конца жизни здесь будешь купаться в золоте. Если ты еще не обрезан, то здесь можно устроить за большие деньги: все иммигранты придут посмотреть на обрезание композитора Марка Фрадкина. Свою коллекцию порнографии не вези, здесь этого добра полно, оставь Жене. Да, и скажи ей, чтобы хотя бы до вашего отъезда перестала фарцевать — береженого Бог бережет. Марик, мой тебе совет: пока ты в Союзе, учи нотную грамоту и хотя бы чуть-чуть гармонию — там ты можешь напеть мелодию, и "негр" ее тебе записывает, а здесь негров много, но все они такие грамотные, как ты.

У нас все хорошо: молодые получают вэлфер, старые — пенсию, а бизнесы на кеш. Английский можешь не учить, он здесь не нужен: на Брайтоне все на русско-еврейском жаргоне с одесским акцентом, а то, что у тебя первый язык идиш — огромный плюс. Тебя вся помнят и ждут, а твою знаменитую шутку: "Если бы Фаня Каплан закончила курсы ворошиловского стрелка, мы намного раньше избавились бы от этого картавого фантаста", — здешние артисты читают со сцены.

С нетерпением ждем встречи,

3ай гезунд апдетер Мотл Фрадкин!

Целуем

Наум, Фира, Бася, Абрам и тетя Рахиль!

P.S. Будете ехать, пусть Рая не глотает камни — Соня так и не просралась!"

9 vrata

Повторит ли фейсбук судьбу ЖЖ?

В связи с этим списком, подумал вот о чем. На сегодня самые читаемые люди в русскоязычном фейсбуке - практически все "антипутинских" взглядов (с различными поправками). Четыре года назад нечто похожее было и в топе Живого Журнала, однако, за это время (толчком стали митинги на Болотной и Сахарова и восприятие властью соцсетей как возможного инструмента для организации цветных революций) ЖЖ пал под натиском троллей из Ольгино (теперь они обитают на улице Савушкина). Были выращены и новые "патриотические" (прокремлевские) блогеры, которые в 2014 году практически вытеснили условных "либералов" с главной ЖЖ (на это работала и агрессивная пропаганда через СМИ, изменившая настроения общества в целом). Сейчас в ЖЖ осталось лишь несколько мастодонтов вроде Антона Носика, которые позволяют себе писать критические посты в адрес действующей власти. Блог Навального был заблокирован Роскомнадзором, Мальгин давно живет в Италии, Адагамов был вынужден эмигрировать в Чехию, Валерий Федотов и вовсе ушел из ЖЖ в фейсбук и т.д. Так вот, не ожидает ли и русскоязычный фейсбук в скором времени судьба ЖЖ? Или для власти будет проще его просто запретить в России? Впрочем, они могут и выборочно поработать с наиболее "непослушными" популярными пользователями ФБ, а остальные, наблюдая это, сами постепенно станут тише себя вести.



FINITA LA COMEDIA

Старых детских игрушек собрался огромный мешок и от него  пора было как-то избавляться, но не выбрасывать же.
Солдатиков, машинки и пистолеты сын помыл в посудомойке, мягкие игрушки постирал, и мы вынесли все это в подъезд, чтобы детишки разобрали кому что понравится.

И вот, пока мой Юра, на столе у почтовых ящиков, красиво раскладывал своих трансформеров и чебурашек, в подъезд вошел мужик в шляпе. Поздоровался, остановился, посмотрел на плюшевых слоников и бегемотиков, потрепал по голове моего сына и глядя на меня, грустно сказал:

- Это, наверное, уже все? Финита ля комедия?
- Да, пожалуй, что все.
- Жаль. Такой хороший мальчик был.
- Да, мне и самому жаль.
- А вы, кстати, не собираетесь еще одного родить?
- Даже не знаю, вообще хотелось бы… А у вас как дела?
- Не спрашивайте, дети растут как на дрожжах, а новых никто в доме не рожает, беда.

Мы попрощались и вышли с сыном на улицу к радостному весеннему солнышку.
Юра некоторое время молчал, потом внимательно  посмотрел на меня и спросил:

- Папа, а почему вы с этим мужиком говорили обо мне как на похоронах?
- В смысле?
- «Это уже все, жаль, такой хороший мальчик был». Что это значит? Я ведь еще не умер.
- Да ну что ты, просто… он имел в виду, что ты уже вырос и… ему немного жаль, что ты уже перестал играть в игрушки.
- Это понятно, но ему-то чего меня жалеть? И зачем ему дети нашего дома? Может он маньяк?

Я как-то хитро выкрутился, перевел все в шутку и ловко сменил тему.
Ну, в самом деле, не рассказывать же сыну, что тот невзрачный мужик в шляпе, каждый Новый Год, с шутками и стишками, вихрем врывался к нам  в красной шубе, с белой бородой и с мешком подарков за спиной.
Финита ля комедия, а жаль…


А.Пионтковский: Но самым сильным было его признание в собственном безумии:Владимир ярче тысячи солнц

Владимир ярче тысячи солнц

Андрей Пионтковский: Но самым сильным было его признание в собственном безумии

Андрей Пионтковский. Фото: Svobodanews.ru

"Во всем своем великолепии поднимались раскаленные столбы дыма и пламя ярче тысячи солнц. Железные молнии, гигантские посланцы смерти, стерли в пепел всю расу Вришни и Андхака.Трупы обгорали до неузнаваемости."

Из Бхагавад-Гиты

Состряпанный молодым телевизионным дарованием на канале "Россия" фильм "Триумф путинской воли" адресовался двум разным аудиториям – подданным вождя Русского Мира и персонально президенту США Бараку Обаме.

Путин как человек, проведший 15 лет на ледяной вершине личной власти, знает, что власть диктатора – это не рациональные расчеты, не рейтинги, не политические расклады, а некая аура, тайна, мистика, воля, через телеиспускательные каналы осеменяющая массы и дающая им счастливую иллюзию творческого соития с национальным вождем.

Поэтому подданные постоянно нуждаются в мифологемах, легитимизирующих и по возможности романтизирующих бесконечное воспроизводство вождя во времени: "мочить в сортире", "встаем с колен", "cобираем исконные русские земли", "национал-предатели", "арийское племя с уникальным генетическим кодом", "Крымнаш", "кердык твоей Америке", "Русский Мир", "духовности у них нет ни хрена", "4-ая мировая война Русского мира против англо-саксонского мира".

Но прежде чем объявлять неразумным пиндосам наш православный джихад, неплохо бы поинтересоваться, а сколько дивизий у нашего Папы Римского, то бишь у духовного вождя Русского Мира. Ведь ни одно государство, ни один режим не пойдет на войну твердо убежденным, что он ее проиграет. У вождя и у его Генерального Штаба должен быть в голове какой-то стратегический замысел, реализация которого в их представлении приведет к Победе.

Какие же инструменты, кроме своей знаменитой "духовности", могло бы задействовать для успешной конфронтации с блоком НАТО и аннексии территорий ряда входящих в него стран государство, в разы уступающее НАТО по экономическому развитию, научно-технологическому уровню, потенциалу конвенциональных вооруженных сил?

Только ядерное оружие, вернее угроза использовать ядерное оружие. Поэтому сверхидеей Путина было убедить Запад и прежде всего руководство США в том, что он сумасшедший, готовый по любому поводу применить ядерное оружие. Тогда Запад, не готовый идти на уничтожение планеты в ядерной катастрофе, будет, по задумке Путина, шаг за шагом отступать. Не продавать Украине оружие даже в случае масштабного наступления российских войск, не защищать балтийские страны, когда туда придут зеленые человечки, и так далее по списку.

Ким Чен Ын может с гордостью, как дорогой и почетный гость, подняться в день Победы 9 мая 2015 года на трибуну ленинского мавзолея и встать рядом со своим учеником. Обладая всего лишь ведром радиоактивных помоев, он своим шантажом заставил "цивилизованный мир" плясать вокруг него, поставлять ему изысканные яства и даже обеспечивать сплотившихся вокруг любимого вождя соотечественников плошкой риса в день.

Какими же тогда огромными возможностями манипулирования наделен творчески обогативший его метод Крым Пут Ын, единоличный повелитель самого крупного в мире ядерного арсенала. И как же счастливы должны быть мы, его подданные, настоящие и будущие обитатели Русского Мира.

В нашумевшем фильме главный герой сделал несколько шокирующих признаний. Но самым сильным было его признание в собственном безумии.

Оно было естественным и органичным. Ему уже не нужно никого больше ни в чем убеждать. Он действительно собирался использовать ядерный арсенал, если бы в операции возвращения Крыма в родную гавань возникли бы осложнения. Такие одухотворенные глаза не могут обманывать. Обманывать — это удел специально подготовленных профессионалов – чуркиных и лавровых.

Он самый опасный персонаж в истории нашей цивилизации. У него есть маниакальная идея, есть страх потерять власть и есть возможность уничтожить планету.

Андрей Пионтковский

http://www.kasparov.ru/material.php?id=55074AB95E1B2

СОВЕТСКИЙ СОЮЗ НАЧИНАЛ ВОЙНУ КАК АГРЕССОР И ЗАВЕРШИЛ ЕЕ КАК АГРЕССОР: Мы еще увидим, как рухнет РФ..

Виктор Суворов: Мы еще увидим, как рухнет Россия
17.03.2015 18:33

Историк Виктор Суворов недавно создал аккаунт в соцсетях, где опубликовал главы своей еще неизданной в Украине книги «Змееед».

Если коротко, это — история о том, как чистили ряды Комитета госбезопасности. Но в этой истории есть что-то от рыцарского романа, есть любовная интрига, есть красивые, танцующие, умеющие превосходно драться девушки, есть подробности кагебешного быта, речи, есть детали этой жизни, которые может поведать только человек из этой системы. Мы пообщались с писателем на темы этого и не только этого сюжета, потому что все, о чем пишет Суворов, остро резонирует с современными событиями – убийством Немцова и «закручиванием гаек» в России, необьявленной войной на Донбассе.
suvorov_boing

ТЕРРОР — СПОСОБ РОТАЦИИ ДЛЯ ДИКТАТОРОВ

- Я читаю главы из Вашего нового романа «Змееед», об интригах и чистках в спецслужбах России. Раньше вы писали, что с помощью террора Сталин очищал и партию, и армию, и это якобы можно считать своеобразным позитивом. По-вашему, такой террор действительно сохранял боеспособность вооруженных сил?

- После того, как я выпустил «Ледокол», сразу же посыпались такие вопросы: как это Сталин мог готовить нападение на Германию, ведь он же уничтожил великих, могучих полководцев, там такой Тухачевский был, такой он гениальный, там был такой Якир гениальный. И этими вопросами пытались опровергнуть «Ледокол», поэтому мне пришлось заняться вопросом. Я изучил то, что было до Второй мировой войны в Советском Союзе. Я очень серьезно вникал в эти годы — 1934-38. Изучал, что там происходило и почему. И когда у меня появились какие-то хорошие документы, я написал книгу под названием «Очищение», о том, как Сталин чистил НКВД, почему он чистил Красную армию. А иногда у меня есть очень хороший материал, но нет документальных доказательств, когда я не могу читателю своему сказать, вот это взято в таком документе, в таком и таком. Тогда я излагаю то же самое, но в виде повести или романа и пишу в начале: «Не верите — примите за шутку», — вот и все. Уж сами решайте, насколько это правда, насколько выдумка. У меня есть такие документальные книги как «Самоубийство», «Очищение», «Святое дело», «Ледокол», «День М». Но есть и художественный или малохудожественный вымысел, это уже решать читателю.
1007005

Были ли необходимы эти постоянные чистки? Да, с моей точки зрения, совершенно необходимы. Ибо в демократическом государстве существует механизм обновления власти, прошло четыре года у меня в Великобритании, и выбирают нового Премьер-министра, вот у нас лейбористы, вот консерваторы, появляется новая партия, какие-то там социал-демократы, очень быстро появились и отошли. Сейчас появилась новая партия Независимости, чтобы выйти из бюрократической Европы. То есть, происходит постоянная ротация там наверху. А при тоталитарном строе, как было у товарища Ленина, как у его преемника — товарища Сталина, ротации и выбора у народа нет, и тогда сидит наверху великий вождь, и он обязан чистить, т.е. делать эту ротацию насильственным образом. Люди, которые дорвались до власти, они оттуда уходить не хотят, они там обосновались, поэтому диктатору совершенно необходимо их оттуда выгонять силой, а они держатся за свои места, и тогда начинается большая кровь, либо диктатор уничтожает правящий класс, меняет его насильственным образом, либо правящий класс уничтожает диктатора.

После Сталина прекратилась эта насильственная ротация, и что мы получили? Мы получили самый настоящий застой. Уже вот брежневская эра и называется застой. Ибо сидят большие начальники по 20 лет, по 30 лет. Я в одной из своих книг даже привел статистику. Допустим, начальник главного разведывательного управления 25 лет на одной и той же должности. Или, посмотрите, товарищ Громыко — министр иностранных дел — тоже там десятилетиями, и члены Политбюро, как туда попадут, то сидят там уже до полного маразма. Так вот, книги эти, повторяю, это в какой-то мере художественный вымысел, но я стараюсь придерживаться все-таки какой-то исторической правды.

- Но вы в «Змеееде» приводите цифры. Перед началом великой чистки в высшем руководстве НКВД был сорок один комиссар госбезопасности. Из семи комиссаров ГБ первого ранга были арестованы и расстреляны семеро. Из тринадцати комиссаров ГБ второго ранга — арестованы и расстреляны одиннадцать.

- Да, это правда. Тут уже никуда не уйдешь от правды. Был сорок один комиссар государственной безопасности. Один — генеральный комиссар, товарищ Ягода, семь комиссаров первого ранга, тринадцать комиссаров второго ранга и двадцать комиссаров третьего ранга. Из них пережили великую чистку только два человека, а после смерти Сталина — один был расстрелян, а один умер в сумасшедшем доме. То есть из 41 человека вот того первого набора своей смертью умер только один, и то благодаря сумасшедшему дому.

Этот период нашей истории относительно мало знаком молодому поколению и вторая причина, отчего я пишу это в виде повести и романа, заключается в том, что история человеческая, и особенно история нашей страны, в то время это была единая страна Украина и Россия — это был Советский Союз. Так вот история, она безумно интересна, и чтобы пробудить интерес к той истории, я прибегаю вот к такому простому методу. Я излагаю ее в виде романа или повести, чтобы пробудить у молодого поколения интерес к тому, что случилось. Это наше прошлое, мы обязаны его знать. И я пишу, я доказываю, я стою на той точке зрения, что хорошая книга, оценивается только по одному параметру. Хорошая книга должна быть интересной, точка. Мне говорят: хорошая книга, она же должна быть умной, она быть зовущей, она должна быть содержательной. Я с этим всем согласен. Но если мы сумели сделать книгу интересной, значит, мы добились всего.

- Вы всегда преподносили разведку, контрразведку СССР, как что-то логическое и стройное. Но какая логика в том, чтобы постоянно убивать? Троцкого убили, Бандеру убили, Новодворскую убили, Старовойтову убили, Литвиненко убили, Немцова, наконец, убили. Вот скажите, какой смысл убивать поверженного или неопасного врага?

- Дело в том, что существует две разведки, одна — это военная, есть ГРУ в настоящее время в России и в мое время была, и существует контрразведка в виде КГБ, в мое время — НКВД.

Collapse )